О главном без второстепенного
РУС. MOLD.
» » О главном без второстепенного

О главном без второстепенного

6-07-2018, 12:00
Просмотров: 158
  
Версия для печати   
О главном без второстепенногоОлег Рейдман: «Зачем демократам вообще нужны были эти выборы? Они нужны были для того, чтобы мобилизовать всю выборную вертикаль. Им это не удалось»
 
Почему резолюция ООН о выводе российских войск из Приднестровья ни для Молдовы, ни для России не имеет практического значения, о выборах в Кишинёве, захваченном государстве и надвигающейся катастрофе национального хозяйства на фоне провальных реформ власти — на эти и другие темы своим мнением поделился депутат ПКРМ, секретарь ЦК ПКРМ Олег Рейдман в эфире программы «Главное» на канале TVC 21. Газета «Коммунист» публикует выдержки из данного интервью.

О выборах в Кишинёве и о том, кто выиграл в конечном итоге

Мы (ПКРМ, — прим. ред.) с самого начала призвали наших сторонников игнорировать выборы примаров в Кишиневе и Бельцах, поскольку были убеждены, и это подтвердилось, что эти выборы имеют совершенно другие цели, кроме как выборы градоначальника. То, что произошло с результатами этих выборов, интересует нас с точки зрения отражения на будущих выборах и т. д.

Вообще, мы стараемся не комментировать решение судебных органов. Поскольку если мы действительно добиваемся разделения ветвей власти, в том числе исполнительной, законодательной, судебной, то судебное есть судебное. Но есть вопрос: что было в судебном иске, почему этот иск был подан после признания соперником победы? Решение суда полностью ли отразило то, что было в иске, или вышло за пределы иска? Если нарушение констатировано и подтверждено судом, то логично было бы задать вопрос: это нарушение существенно повлияло на результаты выборов или нет?

…С этой точки зрения я не понимаю мотивов действующих лиц в этой истории. Если вы признали нарушение и признали победу Нэстасе, то это нарушение повисло бы камнем на легитимности его примарства. Если отменяют результаты выборов в результате этого нарушения, и, наблюдая, как борется на протестах якобы победитель, тогда возникает стойкое ощущение — Нэстасе не особо борется за победу, за результаты, ему важно сделать шум, ему кажется, что он может мобилизовать людей, ему важно, что через вот эти протесты и акции его станут узнавать больше людей.
С другой стороны — мотивы тех, кто в тени, за кулисами, и кто за этими кулисами стоит? То ли это одни только демократы, то ли демократы вместе с социалистами? Скорее всего, в тени — тандем Демпартии и ПСРМ, потому что еще вчера ты поздравил с победой своего соперника (Ион Чебан, — прим. ред.), а сегодня подаешь на него жалобу.

У меня вообще сложилось впечатление: к парламентским выборам так или иначе наши так называемые внешние партнеры по развитию, которые совершенно «не вмешиваются» в наши дела, будут сколачивать альянс между DA и PAS (партиями «Платформа "Достоинство и правда”» и «Действие и солидарность» соответственно. — Прим. ред.) — партиями Майи Санду и Андрея Нэстасе. Этот альянс демократам не нужен, и может быть, это нужно для того, чтобы подкачать Нэстасе, чтобы он по рейтингу приблизился к Санду (у которой рейтинг на сегодняшний день немного выше), а дальше смог бы ставить свои условия. И тогда внутри этого альянса начнутся непреодолимые разногласия. Да, внешние партнеры будут их скреплять степлерами, но внутри будет расти постоянное напряжение, которое не даст возможности противостоять демократам.

…Если исходить из того, что Андрею Нэстасе примарство не очень-то и нужно, а нужен процесс для накачивания своего политического веса и демонстрации своих политических возможностей, то какие-то дивиденды с создавшейся ситуации он, безусловно, получит осенью или тогда, когда будут назначены выборы (парламентские, — прим. ред.). Опосредованно через создание напряжения между «Платформой DA» и PAS — от этого выиграют демократы.

Зачем демократам вообще нужны были эти выборы? Они нужны были для того, чтобы мобилизовать всю выборную вертикаль, начиная от ЦИКа и окружных избирательных комиссий и до чиновников, которые готовят техническую работу и т. д. Но им это не удалось во время выборов, и теперь все, что сейчас происходит, — это попытка восстановить эту вертикаль по направлению правящей Демократической партии.

О захваченном государстве и воле избирателя

В тот момент, когда парламент был переформатирован в результате предательств — не только со стороны перебежчиков из ПКРМ, но и со стороны либерал-демократов и либералов, — в тот момент фракционная структура парламента перестала отвечать воле избирателя. И именно в тот момент необходимо было распустить парламент и провести досрочные выборы. Вот этого не дали сделать.

…Додон имеет определенные полномочия при определенных обстоятельствах. Обстоятельств сегодня нет. Додона обвиняют, и справедливо, в том, что он обещал распустить парламент, при этом точно зная, что таких обстоятельств и возможностей с учетом ситуации у него не было. Сегодня есть единственная возможность, и то эфемерная, так как до конца мандата (нынешнего парламента, — прим. ред.) осталось меньше года, — это уличный протест. То есть давление на власть, но связанное не с выборами, а с социально-экономической ситуацией в стране, с уровнем жизни людей, с их качеством жизни. То есть давление на правительство — правительство в отставку. Демократы обеспечили себе и это (то есть выход из такой ситуации. — Прим. ред.), изменив структуру парламента. К примеру, представляется новое правительство. Додон не может не представить в этом случае нового премьера, потому что если он его не представит, то Игоря Николаевича отправят отдыхать на 20 минут.
 
Большинство населения Молдовы — за бортом праздника жизни

Проблема с пенсионным обеспечением есть, и она существовала всегда, и в связи с миграционными процессами она еще усугублялась. Это факт — проблема есть. Но вопрос в другом — как решать эту проблему? Существуют многочисленные исследования, и если подходить к решению этого вопроса профессионально, а не ставить на ответственные места людей, которые, так сказать, упали с неба и не понимают, где они находятся, то можно более или менее правильно выходить из ситуации. Главный принцип, который необходимо здесь соблюсти, — это принцип справедливости и равенства. Нельзя взять у одних, чтобы добавить другим. У нас есть категории пенсионеров, которые, благодаря произведенному повышению, в рамках пенсионной реформы получили существенную надбавку к пенсии, но таковых очень мало в стране. То же увеличение пенсионного возраста: казалось бы, процесс объективный, но как это было сделано. Взяли и уравняли мужчин и женщин, что категорически неправильно. При этом мужчинам разрешили выходить на пенсию в 60 лет досрочно. Это притом, что до принятия соответствующего закона мужчины выходили на пенсию в возрасте 62 с половиной года. Мы наблюдали динамику — мужчины ринулись оформлять пенсию, потому что можно было получать и пенсию, и при этом еще работать. В Кассе социального страхования схватились за голову, потому что в результате по году они потратили 400 миллионов леев только на эти выплаты. Эти средства не были предусмотрены, и откуда их брать. В итоге что было сделано? Власти держали ситуацию до предела, пока мужья некоторых законодателей успели оформить пенсию, а потом взяли и отменили это положение. Разве так делают пенсионную систему — туда-сюда-обратно тебе и мне приятно? Так нельзя!

И сколько пенсионеров из 530 тысяч в итоге получило большую пенсию? Ничтожно мало. Зато система индексации пенсии, которая действовала до сих пор из расчета 50 процентов инфляции и 50 процентов роста средней заработной платы, была изменена, но только в части инфляции. Рост средней заработной платы попросту убрали, то есть совсем не взяли в расчет. Потому что инфляция находится под управлением Национального банка Молдовы, который может искусственно сдерживать инфляцию. Вот, к примеру, в мае НБМ показал инфляцию в 0 процентов. Это значит, что в стране остановилось развитие, которое невозможно без инфляции. Следовательно, на индексацию пенсий у Кассы социального страхования расходов будет меньше с учетом сдерживаемой инфляции. С другой стороны, правительство отчитывается, что зарплата растет.

Соглашение с ЕС и предательство национальных интересов

Торговля — это, прежде всего, защита национальных интересов. Сегодня мы видим, что Молдова открыта и не защищена против экспансии европейских товаров. Это ведет к катастрофе национального хозяйства. И не потому, что Соглашение об ассоциации с ЕС — плохое, а потому, что наши молдавские переговорщики — плохие и национальные предатели. Мы говорим: Молдова не Ванька-Встанька, она не может, как Додон предлагал, сегодня подписать соглашение, а завтра его денонсировать. Соглашение об ассоциации с ЕС — рабочий документ, его таковым нужно сделать и каждые полгода смотреть, что происходит дальше. И если есть негативные тенденции (в реализации соглашения, — прим. ред.), то выявлять причины, лежащие внутри этого соглашения, и устранять их в переговорах с Европейским союзом.

Подождите, скоро дойдет дело до лекарств, потому что в этом соглашении, кроме раздела о свободной торговле, есть раздел о защите авторских прав. Наше Агентство по защите авторских прав разработало проект закона с помощью каких-то зарубежных партнеров, и парламентское большинство, как слепые, приняли его, а Додон промульгировал. В результате (внедрения данного закона. — Прим. ред.) доля оригинальных лекарственных препаратов будет расти на нашем рынке, а доля дженериков (аналогичных по составу препаратов, только выпущенных другими производителями. — Прим. ред.) будет падать. А дженерики по цене в 4–6 раз дешевле. При этом оригинальные лекарственные препараты будут защищены в Молдове от соперничества с дженериками на 8 лет. Таким образом, безусловно, ожидается рост цен на лекарства.

Резолюция ООН: без практического значения

«Эта резолюция (Резолюция Генеральной ассамблеи ООН «О выводе иностранных войск с территории Республики Молдова», принятая 22 июня 2018 г. — Прим. ред.) не имеет практического значения для Республики Молдова, точно так же, как и для Российской Федерации. По нескольким обстоятельствам. Во-первых, она носит рекомендательный характер. 64 государства против, 15 воздержались, потому что вообще не знают, где Молдова, не представляют сути процесса и сути проблемы. Во-вторых, никто в Российской Федерации не возражает против вывода войск и вооружений. Но после политического урегулирования конфликта! Давайте нажмем «5+2», прямые переговоры с Россией, прямые переговоры с посредниками... Давайте что-нибудь сделаем для того, чтобы решить этот вопрос! Все пока еще признают территориальную целостность Республики Молдова, во всех документах это пока что обозначено. Решаем вопрос и тогда открываем железную дорогу, по которой поедут танки, снаряды, ракеты…

То есть сейчас ломятся в открытую дверь, это чисто политический вопрос. Даже, например, если принудят Россию (хотя я и не думаю, что так произойдет) прислать эшелон, чтобы забрать танки... что сделают приднестровцы? То, что они уже делали, — сядут на рельсы и скажут: «Стоять!» Почему «стоять!»? Потому что вся политика Республики Молдова на правом берегу пугает их. Пугает ползучим унионизмом, пугает отменой билингвизма хотя бы на уровне общения, пугает напряжением с Российской Федерацией, пугает коленопреклонением перед Западом и так далее. Поэтому они боятся этого объединения! Если бы мы вели другую, лояльную работу по отношению к ним, не уступая принципов суверенитета, то, может быть, было бы по-другому. А сейчас приднестровцы все равно не выпустят, это же уже было!

…Создается впечатление, что идет нагнетание как можно больше антироссийских настроений, как можно больше требований оставить Приднестровье с голыми руками, без защиты — хотя бы политической. И все это для того, чтобы возобновить конфликт, его горячую фазу. С тем чтобы принудить Российскую Федерацию признать Приднестровье, таким образом отрезав его по Днестру, и открыть ворота «унире».

Подготовила Ольга Дзятковскаяскачать dle 10.6фильмы бесплатно
Рейтинг статьи: